Кара Дельвинь в обычной жизни мало похожа на супермодель: звезда подиумов и глянца предпочитает одеваться как обычный тинэйджер — спортивные штаны и рэперские шапочки. Однако это не мешает ей быть одной из самых востребованных моделей в мире. Теперь же Кара намерена покорить киноиндустрию.
Дельвинь стала героиней свежего выпуска журнала ID. В интервью изданию модель рассказала о работе, детстве, мечтах, а также о том, на что она готова пойти ради роли в новом проекте.
Это ваша третья обложка для издания ID, расскажите о том, как проходила съемка.
У меня была истерика… было очень смешно. Я люблю работать с Сарой и ее мужем Ричардом. У нас было очень много свободы, мы могли творить все что хотели. Я изображала клоуна и Чарли Чаплина в высокой моде. Я должна была быть немного сумасшедшей, а это всегда весело.
Недавно вы сказали, что хотите заниматься музыкой, петь. Также вы сказали «я хочу делать то, что заставит мою кожу извергаться», что вы имели в виду?
Я имела в виду то, что я должна заниматься тем, что меня действительно волнует, мне необходим творческий выплеск. Я считаю: если ты не увлечен свое работой, то это неестественно.
Вы пытаетесь покорить киноиндустрию. Над чем в настоящее время вы работаете, как эта работа отличается от модельного бизнеса?
Подождите немного — и все увидите!
Нам вы можете довериться! Повсюду говорят, что вы будете сниматься в фильме Майкла Уинтерботтома с Амандой Нокс… Роль сложная?
Я всегда боюсь будущего, но Майкл — потрясающий режиссер. Я работаю с крутым составом. Играя, я учусь: непосредственно на съемочной площадке.
Каковы ваши ощущени? Вам дают советы?
Тревожно, но я могу использовать это беспокойство. Майкл говорит, нельзя научить природному таланту.
Сможете ли вы пойти на жертвы ради нового проекта, например, побрить голову или набрать вес?
Да, мне все равно. Я бы могла сбрить волосы и брови, набрать лишний вес. Я сделаю абсолютно все: прыгну с парашютом или с крыши здания. Я хочу всему научиться.
В каком бы фильме и какого персонажа вы бы хотели сыграть?
Женщину кошку и Марту из ленты «Кто боится Вирджинии Вулф?».
Как вы думаете, почему ваши поклонники вас так сильно любят?
Я понятия не имею… потому что я их люблю также сильно? Мои отношения с каждым такие странные, но очень важны.
Кто-нибудь из поклонников делал для вас что-то запоминающееся?
Маленькая девочка из Бразилии прислала мне 40-страничный альбом с письмами и фотографиями. Она приложила огромные усилия, и это очень мило. Вообще я получаю очень много действительно вдумчивых сообщений от своих поклонников.
Поклонники когда-нибудь переступали черту?
Когда несколько странных мужчин дежурят возле твоего дома, это отнюдь не весло.
Когда-нибудь хотелось закричать на папарацци?
Да, на днях я пыталась ударить одного по лицу. Я боюсь, что однажды попаду в беду. Фотографии никогда не расскажут всю историю целиком. Некоторые папарацци пытаются спровоцировать вас, они ждут реакции, чтобы самим сделать из ничего историю.
А какой вы были в школе?
Громкой, развязной и упрямой. Я не любила когда мне говорили что делать. Каждый постоянно твердил мне «Кара, необходимо сконцентрироваться, не отвлекай других детей в классе», а мне всегда нравилось смешить людей.
Как выглядит ваша спальня?
Как и мои мысли. Я унаследовала ген накопления от своей матери, я не могу просто так что-то выбросить. Я храню вещи, билеты, браслеты с фестивалей и многое другое.
Где ваше самое любимое место в мире?
Ничто не может сравниться с Великобританией, Лондоном и британской глубинской. Я всегда скучаю по дому.
Вы считаете себя красивой?
Как человек я надеюсь, что да. Важно быть красивой внутри.
Что заставляет вас чувствовать себя неуверенно?
Мое тело, я бы хотела бы быть более гибкой.
Когда вы чувствуете себя уязвимой?
Да, когда я остаюсь одна.
А знаменитой нравится быть?
Есть плюсы и минусы. Я хочу быть известной не только в модельном бизнесе, но и за те вещи, которыми я горжусь.
Что ваши близкие думают о вашей славе?
Время от времени это довольно трудно для них.
Когда вы последний раз плакали?
Я возвращалась на самолете из Нью-Йорка, в полете я смотрела Epic… я плакала как пятилетняя.
Вам когда-нибудь разбивали сердце?
Да, черт побери!
А вы когда-нибудь разбивали кому-нибудь сердце?
Да, но я не хотела…
Вот такая она —
