Этого актера долгое время недооценивали: то ли он не на полную проявлялся, то ли роли ему не те предлагали. Так или иначе, но в этом году на церемонии «Оскар» даже было не так обидно отдавать именно ему статуэтку, а не Лео Ди Каприо. В фильме «Далласский клуб покупателей» Мэттью Макконахи сыграл роль Рона Вудруфа – пьяницы, скандалиста, ковбоя, у которого обнаружили ВИЧ.
Эта роль далась Мэттью не так просто. Для фильма актеру пришлось похудеть на 20 килограмм, но он очень хотел рассказать историю Рона. Он ждал этого с 2009 года, когда присоединился к команде «Далласского клуба» и ждал, пока появится финансирование.
44-летний Макконахи женат на бразильской модели Камиле Альвес, матери троих детей. В интервью он рассказал о своем возрождении в новом фильме и о предвкушении «Оскара» еще за несколько месяцев до церемонии.
- Вы родились и выросли в Техасе. У вас были знакомые, такие же, как Рон и его друзья, брутальные мачо-ковбои?
- Они не были моими друзьями, но я знал таких. Я знал их язык, их стиль жизни, их анархический юмор. И, кстати, именно такое чувство юмора я хотел перенять для своего героя, чтобы быть этаким эгоистическим ублюдком и независимым.
- У вас получилась такая странная яркая пара с Джаредом Лето, который играет ВИЧ-позитивного транссексуала. Многие сравнивают вас с Джо Баком и Ратсо Риццо в «Полуночном ковбое». Мне нравится, когда вы обращались к Райану в фильме: «Мисс Парень».
- Так как-то получилось. Я привнес еще нечто свое, наверное, южное, небольшое реверс к моему отцу. Когда я разговаривал с Дженнифер Гарнер (доктор в фильме) в ресторане, я сказал: «У меня в кармане есть немного мелочи, и я счастливый обладатель Техасо-карты». Это у моего отца была АЗС «Техасо» и моя первая кредитка была кредитка на бензин. У меня не было ни Мастеркард, ни Визы, ни Американ Экспресс, только карта на бензин.
- Вы снова вернулись к своему прежнему нормальному весу. Как вы это сделали? Вы же не могли просто объедаться и оставаться здоровым.
- Это даже опаснее, чем худеть. Там была система похудения – 2 кг в неделю и нормально. Да, я был голоден, но у меня была цель. А потом сама пищеварительная система должна снова вернуться в форму. Это самое интересное. Как только я начал питаться как обычно, мое тело сразу все вспомнило: «О, мы возвращаемся в наши 90-е (килограммы)».
- Как так получилось, что вы резко перешли от мейнстримовых коммерческих фильмов к небольшим артхаузным?
- Я сам часто об этом думаю. У меня был перерыв – почти два года. Мне присылали сценарии – были и романтические комедии, и триллеры. Некоторые мне даже нравились. Особенно те, где были привлекательные и чеки по оплате. Но я говорил: «Ребята, мне кажется, я могу это сделать завтра». Просто я был на том этапе, когда мне не нужно было работать. Если я мог отойти от нее, я это делал. Тем более, что у нас родился первый ребенок с женой. Мне казалось, что я просто буду отцом, сидеть в тени и ждать вдохновения. Я так и сказал своему агенту: «Пока никаких фильмов». Но я все еще продолжал получать сценарии, пока все не узнали о моей позиции.
- А когда вы стали получать предложения другого вида, в артхауз?
- Сначала было вообще затишье. Прошло два года после того, как мне звонили Уильям Фридкин (режиссер «Киллер Джо»), Стефен Содерберг («Супер Майк), Ли Дэниелс («Газетчик»). Я не гнался за ними. Это был тот странный момент в жизни, когда ты чему-то говоришь «нет» и остается в нейтральной позиции, то цель все равно попадает в мишень. Все это пришло ко мне, кроме «Далласского клуба покупателей». Этого фильма я ждал долго. Я знал, что это именно то, что я хочу сделать. Я хотел этот опыт. Я был взволнован, напуган, заинтригован, не мог забыть об этом, эта идея словно вцепилась в меня зубами.
- Многие актеры со временем теряют способность удивлять зрителя. Например, Том Круз. Он играет отлично, но все его фильмы кажутся похожими. Вы же сохранили эту способность удивлять. Мы думали, что вы такой киношный герой или парень из романтической комедии, но мы ошиблись.
- Дело в том, что большинство этих фильмов – независимые. Не потому, что я отказывался от студийных фильмов в пользу независимых. Я не ханжа в этом плане. Просто я заметил, что большинство этих ролей – антигерои: как в «Маде» и в «Далласском клубе покупателей». Это мечтатели не от мира сего. Я бы продолжил в этом духе, с такими же персонажами. То же было в «Киллер Джо», «Газетчике». У «Супер Майка» был коммерческий успех. «Мад» – мой любимый фильм, это уже американская классика, как по мне.
- Вы номинированы на «Оскар» за роль Рона Вудруфа. Это то, к чему вы стремитесь?
- Нет, это не обязательный пункт в моем списке. Но если так будет, я буду очень счастлив и горд. Я думаю, это честно – судить искусство. У меня есть мнение о вещах. Если говорить в теории, если б не было моды, то можно так же сказать, что Шекспир не лучше, чем дневник какой-то школьницы. Я не думаю о результате, когда играю в кино. Но людям нравится. Посмотрим. Мне нравится этот опыт, этот ильм. Я могу говорить о нем часами.
Интервью с Мэттью Макконахи: дорога в 20 лет к Оскару
